Князья и Оракул. Часть 1

4303

В течение всей серии мы медленно, но верно шли к одной древней традиции, о которой напрямую почему-то в истории не любят говорить, хотя тут и там проводят некоторые этнографические исследования. Да и прямые и косвенные, толстые и тонкие намёки содержатся в мифах, сказках и обрядах. Причем, этих подсказок так много, что не заметить их может только помешанный на "поклонению грозовой туче, изливающей дождь" академический мозг, а если и заметит, то отнесет к "выдумкам" и "суевериям", будто предки были настолько глупыми, что все обрывки их верований, записанные опять же академиками для светского общества (ей-богу, будто инопланетяне), не могли идти дальше природных явлений. Нам говорят, что мифы были созданы для объяснения сил природы, но это не так. И даже несмотря на то, что в 19-20 вв. были написаны огромные и качественные труды по семантике мифологических символов, глубину анализа которых ныне никто и повторить не отваживается, все они упирались в барьер непринятия того, что предки в своей поэзии и обрядности не слепо поклонялись "богам", а подразумевали под этим гораздо большее. То, на чем держится культура, мировоззрение, воспитание. Ну, как бы простое преклонение перед "неизвестными стихиями" - это очень глупо. Да и разбирались в "стихиях" древние куда лучше нашего, если уж на то пошло. Современные исследователи вообще предпочитают не заморачиваться и читать всё буквально с высоты своего технологического века.

Если, скажем, в литературе написано об обряде "вызывания дождя", то речь может идти совсем не о молении облакам; если говорят о жертвоприношении быков или, что хуже, детей, то это не всегда так (ну, просто вы сначала родите ребёнка, а затем попробуйте его, маленького, отдать в жертву, посмотрим, кто окажется сильнее, "боги" или родительский инстинкт... тем более, что в суровой среде каждая жизнь на счету... как и быки, кстати); если нам со всех энциклопедических страниц внушают пресловутый "культ предков", то будьте уверены, что ученые не разобрались в нем на должном уровне и теперь всё, что похоже на данную тему смело относят к "культу предков", подхватив лишь внешнюю часть. Просто, отмахиваясь, типа "а, ну, это ж культ предков...", будто это должно что-то тотально объяснить. Как, собственно, никто не разобрался окончательно и в таком сложном философском понятии как "Род", относя его опять же только лишь к "культу предков". Хотя тут мысль-то масштабнее...

Мне же интересны детали этого всего и способы их выражения в мировом фольклоре. И тут, конечно, поле огромное для исследований, поскольку, хоть многие символы и мифы говорят об одном и том же, количество нюансов зашкаливает, и одни и те же мотивы можно рассматривать с разных сторон, открывая новые аспекты.

Так, следуя за символом будущего "князя", как главы рода (который в древнем мире был еще и полноценной "корпорацией"), а пока еще юноши-жениха - конём, который на святках ходит в компании дионисийских ряженных по домам красных девиц с целью умыкнуть одну из них, я дошел до "места рождения" этого коня - родового кургана. Из былин и сказок мы знаем, что именно "баба" (сам курган) даёт юноше этого мифического буйного коня, что является своеобразным благословением и напутствием. Конь этот не простой, а связан с загробным миром, и раньше он служил предку юноши.

Также мы выяснили в предыдущей части, что курган этот ассоциировался с "бабьим лоном", утробой. И в этой части мы продолжим данную тему, чтобы понять, что же скрывается под самим "напутствием", и почему в сказках именно Баба (Яга) указывает дорогу герою.

Я постараюсь быть очень лаконичным и не разжевывать каждый символ, по ним всё равно можно отдельные огромные статьи писать и крутить-вертеть их, как и полагает настоящим символам. Здесь же мы нацелены на раскрытие одной конкретной узкой темы.

А начнем мы со скандинавской саги о Хельги Хьёрвардовиче.

Хельги на кургане

"У Хьёрварда и Сигрлинн был сын, высокий и красивый. Он был молчалив. У него не было имени. Однажды он сидел на кургане и увидел, что скачут девять валькирий, и одна из них была самой статной. Она сказала:

«Поздно ты, Хельги,
воин могучий,
казной завладеешь
и Рёдульсвеллиром, —
орел кричит рано, —
коль будешь молчать,
пусть даже мужество,
князь, покажешь».

[Хельги] сказал:

«Светлая дева,
что дашь в придачу,
коль имя Хельги
ты дать мне властна!
О том, что скажешь,
подумай крепко!
Не будешь моей —
на что мне имя!»

[Валькирия] сказала:

«Мечи лежат
на Сигарсхольме,
четырьмя там меньше,
чем пять десятков;
есть там один
самый лучший,
золотом убран, —
гибель для копий.

С кольцом рукоять,
храбрость в клинке,
страх в острие
для тех, чьим он станет;
на лезвие змей
окровавленный лег,
другой обвивает
хвостом рукоять».

Одного конунга звали Эйлими. У него была дочь Свава. Она была валькирией и носилась по небу и по морю. Она дала Хельги имя и часто потом защищала его в битвах"

Тема валькирий - это отдельный разговор, и ее здесь мы поднимать не будем. Но нам это не помешает поговорить о курганах.

Ведь что мы видим: юноша безымянный, сидит на кургане, где состоялся его контакт с валькирией, которая дала ему имя и указала будущее, став его "ангелом-хранителем"... Да-да, я всё верно сказал, ведь как в христианских странах давали имя детям? - правильно, по святцам, в честь святых ангелов-хранителей. Идентично? Еще как! Далее: ангелы-хранители связаны с небесным воинством - святыми людьми, которые остались верны духу, боролись за веру. И валькирии тоже, по-своему, но связаны с верными богам героями.

Ну, и не забываем, что курган-"Вавилон" строили тоже для того, чтобы СДЕЛАТЬ СЕБЕ ИМЯ. То бишь назваться и обрести судьбу. Что и случилось, видимо, ведь народы затем разошлись по СВОИМ СОБСТВЕННЫМ путям.

Как и писалось в наших сказках, "отправился Иван-царевич в путь-дорогу"... Ведь, по сути, Валькирия, тоже показала Хельги ПУТЬ. И состоялось это на кургане...

Курган - это довольно сложный образ, и я покажу лишь часть его. А вы, возможно, удивитесь, какие персонажи будут помогать мне в этом, ведь помимо очевидных будут и такие, на которых никто из приличного общества и не подумал бы, что ОНИ ТОЖЕ ДЕЛАЮТ ЭТО)))

Моисей на горе Синайской

Уже в начале "Исхода" (глава 3), когда Моисей еще "никто и звать его никак", с ним приключается "горящий терновый куст":

"Моисей пас овец у Иофора, тестя своего, священника Мадиамского. Однажды провел он стадо далеко в пустыню и пришел к горе Божией, Хориву. И явился ему Ангел Господень в пламени огня из среды тернового куста... И сказал Бог: не подходи сюда; сними обувь твою с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая. И сказал: Я Бог отца твоего, Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова... Итак пойди: Я пошлю тебя к фараону; и выведи из Египта народ Мой, сынов Израилевых... Я буду с тобою, и вот тебе знамение, что Я послал тебя: когда ты выведешь народ из Египта, вы совершите служение Богу на этой горе..."

Всё как в наших и скандинавских сказках: есть "гора" курганная, от которой герой получит свою судьбу. Сдаётся мне, что якобы под еврейским именем собственным "Хорив" скрывается простое греко-русское "гора". И далее:

"...в третий день сойдет Господь пред глазами всего народа на гору Синай; и проведи для народа черту со всех сторон и скажи: берегитесь восходить на гору и прикасаться к подошве ее; всякий, кто прикоснется к горе, предан будет смерти... И сошел Господь на гору Синай, на вершину горы, и призвал Господь Моисея на вершину горы, и взошел Моисей... И сказал Господь Моисею: взойди ко Мне на гору и будь там; и дам тебе скрижали каменные, и закон и заповеди, которые Я написал для научения их" (Исх.19-24)

То есть что сам Моисей получил свою судьбу на "Божьей горе", что впоследствии дал всему своему народу новую судьбу вместе с заветами тоже от горы.

Бог выступает здесь таким же, как и все главные отцы-божества до него - громовержцем. Это устойчивое сочетание громовержца, отца и горы вы найдете практически в любой древней и не очень религии:

Князья и Оракул. Часть 1 peremyshlin
Гора Рашмор, Южная Дакота, с изображением ОТЦОВ-ОСНОВАТЕЛЕЙ, высеченных в ГОРЕ, США - всё та же мифологема, кто бы что ни говорил

И тут довольно любопытно, что в христианстве идея небесного бога-отца вылилась и в представление о рае, как о чем-то небесном. Хотя еще совсем недавно не было такого понятия, как "небесный рай", а был просто навий мир, лежащий по ту сторону видимого бытия, в котором подземные мотивы с легкостью сочетались с небесными. Ибо неважно для "того" мира, где ему лежать, так как он не соотносится с нашей географией.

Так, нашему Ивану всё равно, как добраться в потустороннее царство: в одной версии сказки о трёх царствах, он лезет на гору, чтобы попасть в "навь", а в другой, параллельной, он спускается "под камень", в третьей - он лезет на гору, а там спускается в яму. Во всех случаях возвращается обратно он точно не из-под земли, а просто как бы из далекой страны.

Райский сад

Алиса, чтобы попасть в Страну чудес, бежит за белым кроликом, который ведёт её в свою Нору. Уже несколько раз исследователи обращали внимание на то, что сказка эта, так сказать, полушаманская, ну... или галлюциногенная. И это совсем не случайно. В любой этнографической записи о камланиях шамана вы найдете указание на то, что шаман, дабы спуститься в "тот" мир, ищет мистическую дыру или нору. Подобно и Данте, который "земную жизнь пройдя до половины, оказался в сумрачном лесу", в Ад входит будто через специальный проход.

А почему так? Да потому, что это всё психологические отсылы к опыту рождения и прохождения через родовой канал. Да-да, вы ведь помните, что курган-гора - это утроба? Курган - это место мертвых. Утроба - это место еще не рожденных детей. В древней концепции нет разницы между этими двумя местами: души детей обитают там же, где и души умерших.

Поэтому, чтобы связаться с "тем" миром, надо сделать буквально "мама, роди меня обратно". Ведь именно в этой вселенской утробе находятся все предки и все потомки, которых еще в 20 веке славили во время Радуницы или Красной горки прямо на кладбищах, заменивших курганы.

Потому-то Господь и говорит Моисею "Я Бог отца твоего...Я пошлю тебя". Так как это всё об отеческой наследственной традиции (пути), которую молодежь несёт вслед за умершими, откуда и пошла концепция "арийства" и подобных. Именно поэтому Данило-богатырь дает благословение сыну на кургане. Поэтому отец дает Ивану инфернального сивку-бурку на могиле со словами "как служил мне, так служи теперь сыну".

И до того, как идея адских наказаний проникла в фольклор, разницы между адом и раем не было. Была лишь "утроба". Единственное, что не все души попадали в собор святых, особых предков человечества.

В статье о Ясоне я уже указывал на этот факт, говоря о связи символов золотого или черного руна с плодом. Теперь самое время уточнить, что руно - это еще один символ утробы. Даже внешне баран выглядит, будто "завернут" в руно, как в мешок.

Князья и Оракул. Часть 1 peremyshlin

Немного игры слов с "руном":

Санскрит: ऊर्ण — урна — шерсть; ऊर्णायु – урнайю – шерстяной, овца, болван, паук, шерстяное одеяло, баран; ऊर्णावत् – урнават – изобилующий шерстью, имеющий шерсть, шерстистый, паук. Но ведь мы все знаем иную "урну", латинскую, которая "urnа" - "сосуд, ваза; погребальная урна". Вот и выходит, что "сосуд, ваза" + "шерсть" - это и есть наше руно-утроба, вместилище (как и упомянутый выше болван), мешок... Справедливости ради надо отметить, что у греков вместо "руна" используется "дерма", то бишь "шкура". Что такое "кожа", я тоже давно разбирал, и там смысл частично в том же "мешке". И к этому мы вскоре вернемся.

Совсем не даром в русских песнях черное руно висит на Родовом древе, которое фольклористы прозвали "Мировым", не особо понимая, что такое "Род", и выступает в качестве гнезда, так как именно в нём зарождается новая жизнь. И это то же самое древо, от которого вкусили Адам и Ева, но яблочки мы рассмотрим как-нибудь в другой серии, хотя их мотив очень сильно перекликается с нашим. И если бы писатели Библии были бы чуть честнее, то не скрывали бы один важный факт: Ева - настоящая хранительница древа с "греховным" плодом, а не просто любопытная Варвара. Это её естественная функция, как у скандинавской Идунн, греческих Гесперид, русской Богатырки-синеглазки и т.д. И если уж говорить об этом, то сравните яблочную роль и имя Евы с античной Гебой, разливающей нектар богам...

В то же время мы помним из приведенных в одной из предыдущих частей описаний "адского" коня, которого хоронят вместе с хозяином в кургане, что в итоге он доносит умершего до рая:

"Дорога ведет к мосту, а за мостом располагается райский сад, в котором играют дети... Загробный конь на райских пастбищах стреноживался".

Этот момент, как и предание о Еве, заставляет меня обратиться к такой устойчивой католической конструкции, как "Hortus conclusus".

Этот термин ввели для выделения в особую группу картин и икон с изображением Девы Марии. Hortus conclusus - это закрытый сад. Ну, и, ясно, что на этих картинах Мария сидит в саду:

Князья и Оракул. Часть 1 peremyshlin

Князья и Оракул. Часть 1 peremyshlin

Князья и Оракул. Часть 1 peremyshlin

Из Википедии:

Hortus conclusus (с лат. — «закрытый сад, хортус конклюсус») — латинское выражение, восходящее к цитате из библейской Песни Песней «Запертый сад — сестра моя, невеста, заключённый колодезь, запечатанный источник» (4:12). Является символическим обозначением Девы Марии в средневековой и ренессансной литературе и живописи, распространившемся с 1400 года.

В изобразительном искусстве иконографический тип hortus conclusus представляет собой изображение Девы с младенцем в прекрасном саду, огороженном высоким забором, подчас в окружении святых жён и ангелов. В этих, как правило, небольших картинах радости жизни соединяются с глубоким символическим содержанием.

Да куда уж там "католическая" традиция... Взять любую славянскую хороводную песню, и там обязательно будет ассоциация девушки с садом:

Мимо моего садика,
Мимо моего зелёного
Пролетел чижок-пижок,
Мой молоденький воробышок.
Молодая чечотушка,
Молодая, издогадливая,
Наперед залетела,
Чижа-пыжа изворачивала:
"Воротись чижок-пижок,
Мой молоденький воробышок.
Без тебя в саду глухо,
Без тебя всё невесело..."

Сами понимаете, что чижик-пыжик тут - это "милый друг" девушки, которая сопоставлена с садом зеленым. Еще:

Породила да меня матушка,
Породила да государыня,
Во зеленом-то саду гуляючи,
Что под грушей под зеленою,
Что под яблоней,
Под кудрявою...

И сад этот не просто указывает на девушку, а вполне определенно относится к её лону, поскольку в народных песнях сад - это не только обитель девы, но и место встречи с юношей:

Соловей, мой соловей,
Отлетная пташечка,
Да куда ж ты, соловей,
Куда летал, отлетал?
Уж летал я, отлетал,
Я от сада до сада,
До калины с малиной,
До черной смородины.
Да куда ж ты, Иван-сударь,
Куда ездил, отъезжал?
Уж ездил я, отъезжал
Из города до села,
До тестина до двора,
До Марьиной комнаты.

Ах, сколько ж информации! Малина-калина-смородина - это очень устойчивое описание невесты или молодой жены, или любовных утех. А теперь вспомните "калинов мост" или "речку Смородину", которые находятся в "том" мире и через которые герой попадает в царство нави. А мы уже знаем, что навье царство располагается в кургане. А курган - это утроба. Вот и замкнулось всё на деве-калине-саде. "Запертый сад - сестра моя, невеста, заключённый колодезь, запечатанный источник".

Вот и библейский Эдем - это райский сад, хранительница которого Ева. Молодые в песнях встречаются в саду, часто под деревом. А где у нас Ева с Адамом-то согрешили?

Князья и Оракул. Часть 1 peremyshlin

Под деревом, смоковницей. И это то самое дерево, которое стало "Мировым". И про него пели на Руси:

"... Под корень деревца
Кровать нова тесова,
Перёнушка пухова..."

Поскольку любое родовое древо начинается с брачного ложа, коим тут обозначено место встречи молодых любовников:

Во саду, во саду...
Там шел, прошел молодчик...
Он и первый раз прошел.
Останавливался.
Всё причесывался.
С милой спрашивался:
Почему, моя милая, долго в саду не была?
Или ты, моя милая, мною чванишься?

Еще:

Соловей, мой соловей, соловушко молодой,
Не летай ты, соловей, во зеленый сад гулять.
Не садись ты, соловей, в зеленом моем саду,
В зеленом моем саду, на ракитовом кусту.
Не пой рано на заре, не трави ты сердце мне.

И более предметно:

Позволь, позволь, тятенька, в роще погулять,
Виноград поспелый посмотреть.
Рвала, рвала, Настенька, устала,
Рвала, рвала, Карповна, устала.
Легла полежати - задремала.
К ней ясен соколик, соколик налетал,
Он тихую речь, соколик, говорил:
Спи-ка, спи-ка, Настенька, да проснися.
Не к отцу ты идешь, а к свекру,
Не к матушке, а к свекровке...

Недаром же любовные святочные песни назывались "виноградье". Про "соколов", кстати, я немного говорил в специальной главе - о Гамаюнах. Ну, и, как видим, рвет виноград дева, а потом под ним встречается с "соколиком", который уводит её замуж.

Сокол Соколович
Летал, полетывал
По садам, по вишеням,
Под зеленой грушицей,
Искал, поискивал
Себе лебедушку...

Ну, и отменный совет родителя сыну на свадьбу: "Люби как душу, тряси как грушу". Я в восторге... Запоминайте для свадебных тостов!

Сроду я тебя кудрявого
Не любливала,
За малиной в лес за ягодой
Не хаживала!

Примеров очень много. Связь девушки и её заветного лона с садом, ягодами, деревьями... Всё это породило католический Hortus conclusus. А уже этот образ дал Европе великолепные парки типа Версаль.

А знаете, кто нарушает покой этого сада? Всё, как в осетинских преданиях, где в райский сад вбегает конь:

Уж ты встань-проснись, удалой молодец,
Пробудись душа отецкий сын.
Отвязался твой удалой конь.
От столба, столба дубового.
От колечка полужоного.
Поломал он весь железный тын,
Прищипал весь зеленый сад,
Со калиной, со малиною,
С черной ягодой смородиной...

Дело пахнет изменой, но символика всё та же. А вы помните из первой части про кентавров, как ведет себя молодой жених, переодетый в коня, и его мифический прототип - кентавр? Врывается в дом, все крушит вокруг:

Забежал конь во зеленый сад,
Поломал в саду грушу черную,
Грушу черную, вишню красную...

Или обратное:

Не буду я твоего коня поить,
Не буду вороново,
Не твоя я слуга, батюшкова.
Не тебя я слушать, матушку.
Когда буду твоя, стану слушать тебя

В одной из не самых удачных своих статей я намекнул, что эпос о Трое выстроен вокруг свадебного хороводного мотива. Так вот, самое время для "Я ж говорил". Ведь Троя - это по сути тот самый "Hortus conclusus" с нерушимой стеной. Но кто ее разрушил? Ага, КОНЬ! Да еще и с героями на борту, которые в эпосы вошли из образов сватов и женихов.

Ну, а в "закрытый сад" Девы Марии тоже однажды вбегал конь. Только его записали в единороги (видимо, символ рога тоже тут неспроста):

Князья и Оракул. Часть 1 peremyshlin

Князья и Оракул. Часть 1 peremyshlin

Князья и Оракул. Часть 1 peremyshlin

Сюжет очень знаменит. И неразрывно связан с "Садом". Приведу описание из Википедии:

"Мистическая охота на единорога — аллегорическое изображение евангельской истории Благовещения Девы Марии, получившее распространение в западноевропейском искусстве позднего средневековья. Изображения мистической охоты известны по живописным работам, гравюрам и ксилографиям XV века.

В данной аллегорической композиции Дева Мария изображается в иконографии hortus conclusus, призванной подчеркнуть её непорочность. Единорог изображается либо с головой, лежащей на коленях Богородицы, либо отдыхающим в саду. В сад в образе охотника входит архангел Гавриил. Он преследует единорога, трубит в горн, вооружён копьём. Его сопровождают четыре собаки, символизирующие христианские добродетели Милосердие, Истину, Мир и Справедливость или монахов-доминиканцев, стремящихся к милосердию, миру и постижению божественной истины.

Сюжет мистической охоты связан с легендой, что единорога может укротить только девственница, которой в аллегории выступает Богоматерь, перед чистотой которой единорог теряет свою изворотливость и становится покорным. В этой аллегории Дева Мария выступает как земное убежище мистического единорога-Христа"

Интерпретация, конечно, так себе. Но мы ведь помним, что в Ашвамедхе коня в итоге убивают, Кентавров тоже, как и ряженого коня укрощают. Вот и здесь у нас единорога укрощает Дева... Мария. Та еще "Гипподамия". Причем Единорог врывается с боем в "закрытый сад" Девы. Хотя здесь вся гроза лежит в руках Гавриила, но суть та же. Сравните этот грозный образ с песней:

Нам сказали: наш Иван-то грозен,
Он грозен, грозен, да не милостивый.
Он проехал мимо тестина двора,
Он ударил копьем в новы ворота.
Дома ль тесть, дома ль теща моя,
Дома ль жизнь-радость, Танюшка моя?
Если дома, чтоб вышла ко мне.
Чтобы вышла ко мне и совстрела меня.
А Татьяная испугалася.
За подружек хоронилася...

И да... Совсем не зря жених и кони такие грозные и буйные. И скорей всего нет никакой случайности в том, что Единорога у нас называли "Индриком", что так похоже на грозного Индру... Но об этом в другой раз... Я же специально тут не акцентирую внимание на иных вариантах "тревожителей" священного сада, которых упоминают в наших песнях намного чаще, чем коней.

Но мы прям отвлеклись на километры от основной темы, друзья мои, и ушли от предсвадебного ритуала к свадебному. Ведь тут уже конь бушует вовсю, а мы должны поговорить о времени, когда жених только-только получает сие инфернальное создание.

Дело в том, что суть-то одна и та же везде, и мое объяснение Рая как той же утробы, что и "загробный мир", тут было необходимо. Ведь неспроста же Рай так плотно ассоциируется с Евой, а Сад Закрытый Райский - с Марией... С Мойрой, если уж говорить прямо. Чувствуете, чем тут пахнет?

Продолжение следует...

Эта статья - часть 7 серии из 8 частей Предыдущая частьСледующая часть
Автор: peremyshlin, источник: tart-aria.info
При использовании материалов статьи активная ссылка на tart-aria.info с указанием автора обязательна.
Text.ru - 100.00%

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.


 
peremyshlin
Увлекаюсь фольклором и Словом. Всё в мире есть символы, и духовный путь человека - познавать их, а не поклоняться им...