Все знают индейские системы табу, но мало, кто интересовался, а было ли у нас что-то подобное. А ведь было! Да еще как было! И то, что было, настолько обросло легендами и метафорами, срастаясь с различными аграрными верованиями, что со временем сложилась целая отдельная европейская мифология, а некоторые впечатлительные девушки до сих пор вздыхают по известным фольклорным персонажам, не зная, что не было в них ничего романтичного.

В любом культурно-философском вопросе есть несколько сторон, включая мистическую, поэтому давайте условимся сразу, что я разберу только социальную сторону.... конечно же, пройдя через фольклорные мотивы. Выводы, возможно, будут для вас слишком простыми, но если бы вы провели с этой темой столько же месяцев, сколько и я, то эта простота стала бы для вас поистине сокровищем... Даже сейчас, когда ответ, казалось бы, лежит у меня в руках, я не могу сказать, что ухватил истину за пышный хвост. Порой, когда приходишь к выводам, о которых нет ни слова ни в одной умной книге, начинаешь ставить под сомнения свои же мысли: нашел ли ты тайный смысл или же придумал его? Предлагаю вам самим решить это для себя, поэтому делю статью на две части. Здесь вы найдете исходные данные, а во второй части - мои выводы.

И в качестве первого шага предлагаю ознакомиться с арабским термином Пери, за которым скрываются "фантастические существа в виде прекрасных девушек в персидской мифологии", - как пишет Википедия. Не мудрствуя лукаво, копирую сюда привлекший меня текст с сокращениями:

"Пе́ри, пари́, пайри́ка (перс. پری‎) ..., позднее сохранившиеся в преданиях у тюркоязычных народов Малой и Средней Азии, Северного Кавказа, Закавказья, Поволжья и Южного Урала... Предположительно само слово происходит от авест. парика — «ведьма»... В наиболее ранних сказаниях (Авеста и другие) выступали как носители тёмных сил. Позднее пери воспринимались в качестве служительниц как добра, так и зла...Представления о духах пери у юртовцев в настоящее время весьма скудны и находятся на стадии исчезновения. Известно, что пери — это злые духи, имеющие много общего с шайтанами. Пери могут являться в виде животных или прекрасных девушек. Они могут так заколдовать человека, что он становится «бешеным», психически нездоровым, теряет память. Пери «кружат голову» человеку, парализуют его.

В более поздних представлениях пери — прекрасные сверхъестественные существа, появляющиеся в образе женщины. Пери оказывают помощь своим земным избранникам. Посланцами и исполнителями их воли являются подчиняющиеся пери волшебные звери и птицы. Появление самих пери сопровождается необыкновенным ароматом и благоуханием. Пери — весьма могущественные существа, способные вступить в схватку и победить злых демонов и джиннов..."

Очень похожее описание мы видим у западных Фэйри. Фольклор сделал их отдельным народом, живущим где-то в параллельном или подземном мире, сплел их с историей Ирландии и Британии, наделил поэтическими качествами.

Википедия: "Фея (авест. парика — ведьма, фарси پری‎ Пе́ри, фр. fee, англ. fairy — также faery, faerie, fay, fae; «маленькие люди», «хорошие люди», «прекрасные люди» и т. д.) — в кельтском и германском фольклоре — мифологическое существо метафизической природы, обладающее необъяснимыми, сверхъестественными способностями, ведущее скрытый (как коллективный, так и обособленный) образ жизни и при этом имеющее свойство вмешиваться в повседневную жизнь человека — под видом добрых намерений, нередко причиняя вред. Образ феи как изысканно-привлекательной, как правило, миниатюрной женщины, сформировался в эпоху расцвета романтизма в западной литературе и получил своё развитие в викторианскую эпоху. В широком смысле под «феями» в западноевропейском фольклоре принято подразумевать всё многообразие родственных мифологических существ, нередко кардинально отличающихся друг от друга и внешностью, и повадками; якобы дружелюбных и приносящих удачу, чаще — лукавых и мстительных, склонных к злым шуткам и похищениям — прежде всего, младенцев..."

Это всё примеры, так сказать, "коллективного" образа, не персонофицированного. Иногда его называют "низшие персонажи", то есть "не боги". Считается, что это наиболее древние виды религии, когда еще не сложился какой-то единый образ, идолы которого можно ставить или рисовать. Но факт в том, что такие "лесные духи" жили во все эпохи, изменяясь со временем, передавая свои функции более "красивым" божествам, но оставаясь в народной памяти или хотя бы детских играх.

Пери, Фейри... кажется, корень слова для поисков постепенно вырисовывается. Его я и буду придерживаться. Разумеется, смотря прежде всего на смысловую часть. Причем, заметьте, в указанных верованиях нет отдельного добра и зла, Пери-Фейри могут как помочь, так и навредить... Так есть ли в славянском фольклоре похожие персонажи, которые имели бы однокоренное имя и выполняли бы такие же помогательно-вредительские функции? - Конечно же, есть!

«Тако же и до словен доиде се слов и ти начаша требы класти Роду и рожаницам преже Перуна бога их. А преже того клали требу упырем и берегиням...» (Гальковский H. М. Борьба христианства..., т. II, с. 24 (Софийский список). Паясиевский список)

Одним из наиболее полных источников информации о берегинях и упырях является труд Рыбакова Б.А. "Язычество древних славян". К нему и обратимся:

"Первая эпоха – поклонение и принесение жертв упырям (упирям) и берегиням. И те и другие поставлены во множественном числе, следовательно, это еще не персонифицированные божества. Упыри – вампиры, исчадия и олицетворения зла. Вампиры (исходная форма Япирь), сосущие человеческую кровь, поедающие мертвецов, достаточно хорошо представлены в славянском фольклоре. Слово «вампир» известно во многих индоевропейских языках... Берегини - русалки, но только не в том позднем понимании их, какое отражено в фольклоре и художественной литературе XIX в. (зловредные и коварные утопленницы), а в том, какое сохранилось в болгарском фольклоре о вилах, красивых крылатых девах, заботящихся о посевах и о дожде для нив. Связь русалок во всех видах представлений о них с водой не подлежит сомнению. Поэтому на русском Севере даже в XX в. вырезанных на досках сирен-«фараонок» называли берегинями.

В какой-то связи с берегинями, вероятно, стоит и «береза» – священное дерево славян, обязательная принадлежность летних молений о дожде.

Упыри и берегини – древние, архаичные наименования олицетворений двух противоположных начал – злого и доброго, враждебного человеку и оберегающего человека.

У нас нет данных о внешнем облике берегинь и упырей. Позднейшие сирены с птичьим или рыбьим обличьем, вероятно, являются уже некоторым видоизменением первоначальных представлений... Вампиры вообще не сопоставлялись точно с чем-либо реальным и никогда не изображались в искусстве. Волкодлаки-вурдалаки существуют параллельно упырям-вампирам, иногда заменяя их, но в славянском фольклоре они не отождествляются прямо с вампирами. Полиморфизм берегинь и аморфность упырей в фольклоре в равной степени ведут нас к очень древним представлениям о сверхъестественных силах, облик которых очень трудно уложить в какую-либо определенную научную теорию...

Собранный исследователями материал состоит из двух групп: в одну входят записи самих этнографов, а во вторую – старинные рукописные сборники заговоров, составленные колдунами и знахарями в XVI – XVIII вв. или представляющие собой судебные записи по колдовским делам... Особенностью старых рукописных сборников является, во-первых, преобладание оберегающих формул над вредоносными, а во-вторых, христианизированная форма многих заговоров, когда носителями зла показаны не упыри-вампиры, а бесы и черти, избавителями же от зла – не древние берегини, а христианские святые и ангелы. Нас это не должно смущать, так как христианский дуализм не был изобретением теологов, а отражал весьма глубинные первобытные представления, существовавшие издревле у всех тех народов, среди которых распространилось христианство.

В некоторых заговорах перечни умерших не своей смертью, чужеродных мертвецов, самоубийц становятся... подробными и всеобъемлющими... Все эти мертвецы – упыри, злыдни – субъекты зла. Они в основном распадаются на две категории: это люди, умершие до срока в результате несчастий (т. е. побежденные злыми силами), и чужаки, умершие не в своем роду-племени, или же люди, лишенные традиционной погребальной обрядности. Д. К. Зеленин очень четко разделил старинные русские представления о мертвых на два полярных, противостоящих друг другу разряда: с одной стороны, умершие поколения родных предков (деды, дзяды) – покровители и защитники живущих, а с другой – «мертвяки», «заложные покойники», упыри, наносящие вред живым людям.... Все заговоры-наговоры, насылающие порчу, смерть, разлуку, остуду, падеж скота, засуху, пожар, предусматривают осуществление зловредного замысла при посредстве этих «мертвяков» и упырей, души которых находятся или близ места нечаянной смерти, или в топких болотах и трясинах, но могут и перемещаться (преимущественно по ветру). Поэтому в таких наговорах часто упоминаются или употребляются в качестве принадлежности обряда земля с могилы, саван из могилы «незнаемого мертвеца», мертвая рука, гвозди из гроба и т. п. А заговоры-обереги как негативное отражение вредоносных наговоров предусматривают защиту от упырей, отогнание их силой слова и магического обряда.

«Заложных покойников» не хоронили по обычному обряду, и в этом не следует винить церковь, так как по христианским воззрениям «без церковного пенья, без ладана» хоронили только самоубийц, а в «заложные» попадали вообще все неестественно умершие («убитые, заблудившиеся, с дерева падшие»). Если же такой «мертвяк» оказывался похороненным на общем кладбище, то он мог, по народным представлениям, стать причиной больших общих несчастий, и если несчастье происходило, то надлежало выкопать упыря из могилы, пронзить его осиновым колом или облить водой (в случае засухи) и выбросить труп вон из кладбища.
Собранные подьячими XVII в. и этнографами XIX – XX вв. языческие заклинания и наговоры прошли очень долгий исторический путь. Живучесть этого жанра, его практическое применение вплоть до сравнительно недавнего времени обусловили пополнение его многими поздними элементами. Из двух половин первобытного дуалистического мировоззрения – духов добра и духов зла – уцелела в своем виде лишь вторая, тогда как первая (духи добра) почти целиком христианизировалась. Языческое заклинание, сопровождавшее языческие действия, превращалось в христианскую молитву, где отголоском первобытности была лишь обязательная множественность защитников человека: десятки и сотни святых и «тьмы тем» безымянных ангелов. Древние берегини оказались полностью замененными христианскими персонажами.

Дуализм остался в резкой контрастности формул обращения, в деталях обрядности. Когда речь шла о помощи людям, об ограждении от злыдней, то человек вел себя как обычно: умывался, крестился, шел дверьми и воротами в чистое поле, лицо свое обращал к восходящему солнцу. Если же сам человек задумывал черное, злое дело, то и шел он, «не благословись», «собачьей дырой» на закате или в полночь и не в чистое поле, а в темный лес, поближе к обиталищам упырей".

Дуализм дуализмом, а мы помним, что в других культурах "пери" были как хорошими, так и плохими по отношению к человеку. И, пожалуй, только русский язык дает ответ на этот дуализм. Ведь, как вы, наверно, догадались, в словах "У-пырь" и "Бере-гиня" один общий корень, только уточняется в зависимости от негативного или позитивного характера "пери".

Что ж, половина данных для размышлений о том, кто же такие эти "пери", у вас уже есть. Ответы впереди. Продолжение следует....

// При оформлении статьи была использована картина Алены Клементьевой 

Автор: peremyshlin, источник: tart-aria.info
При использовании материаллов статьи активная ссылка на tart-aria.info с указанием автора обязательна.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

  • +0
  • -0
  • 0 ratings
0 ratingsX
Отлично!Плохо!
0%0%

 
peremyshlin
Увлекаюсь фольклором и Словом. Всё в мире есть символы, и духовный путь человека - познавать их, а не поклоняться им...